Вы здесь

Лев Николаевич Толстой

Тема оформления

Если твоего ухода никто не заметил, значит, ты ушел не зря.
                                                                                                             
Лев Толстой
 
Когда в литературе есть Толстой, то легко и приятно быть литератором, так как Толстой делает за всех. Его деятельность служит оправданием тех упований и чаяний, какие на литературу возлагаются, < > пока он жив, дурные вкусы в литературе, всякое пошлячество, < > озлобленные самолюбия будут далеко в тени. Только один его нравственный авторитет способен держать на известной высоте так называемые литературные течения и настроения.
                                                                                                           
 Антон Чехов
 
Лев Николаевич Толстой (9 сентября 1828, усадьба Ясная Поляна Тульской губернии – 20 ноября 1910, станция Астапово (ныне станция Лев Толстой) Рязано-Уральской ж. д.) – граф, русский писатель.
Толстой был четвертым ребенком в большой дворянской семье. Его мать, урожденная княжна Волконская, умерла, когда Толстому не было еще двух лет, но по рассказам членов семьи он хорошо представлял себе «ее духовный облик»: некоторые черты матери (блестящее образование, чуткость к искусству, склонность к рефлексии и даже портретное сходство Толстой придал княжне Марье Николаевне Болконской в романе «Война и мир». Отец Толстого, участник Отечественной войны 1812, запомнившийся писателю добродушно-насмешливым характером, любовью к чтению, к охоте (послужил прототипом Николая Ростова), тоже умер рано (1837). Воспитанием детей занималась дальняя родственница Т. А. Ергольская, имевшая огромное влияние на Толстого: «она научила меня духовному наслаждению любви». Детские воспоминания всегда оставались для Толстого самыми радостными: семейные предания, первые впечатления от жизни дворянской усадьбы служили богатым материалом для его произведений, отразились в автобиографической повести «Детство».
Когда Толстому было 13 лет, семья переехала в Казань, в дом родственницы и опекунши детей П. И. Юшковой. В 1844 Толстой поступил в Казанский университет на отделение восточных языков философского факультета, затем перевелся на юридический факультет, где проучился неполных два года: занятия не вызывали у него живого интереса и он со страстью предался светским развлечениям. Весной 1847, подав прошение об увольнении из университета «по расстроенному здоровью и домашним обстоятельствам», Толстой уехал в Ясную Поляну с твердым намерением изучить весь курс юридических наук (чтобы сдать экзамен экстерном), «практическую медицину», языки, сельское хозяйство, историю, географическую статистику, написать диссертацию и «достигнуть высшей степени совершенства в музыке и живописи».
После лета в деревне, разочарованный неудачным опытом хозяйствования на новых, выгодных для крепостных условиях (эта попытка запечатлена в повести «Утро помещика», 1857), осенью 1847 Толстой уехал сначала в Москву, затем в Петербург, чтобы держать кандидатские экзамены в университете. Образ его жизни в этот период часто менялся: то он сутками готовился и сдавал экзамены, то страстно отдавался музыке, то намеревался начать чиновную карьеру, то мечтал поступить юнкером в конногвардейский полк. Религиозные настроения, доходившие до аскетизма, чередовались с кутежами, картами, поездками к цыганам. В семье его считали «самым пустяшным малым», а сделанные тогда долги ему удалось отдать лишь много лет спустя. Однако именно эти годы окрашены напряженным самоанализом и борьбой с собой, что отражено в дневнике, который Толстой вел в течение всей жизни. Тогда же у него возникло серьезное желание писать и появились первые незавершенные художественные наброски.
В 1851 старший брат Николай, офицер действующей армии, уговорил Толстого ехать вместе на Кавказ. Почти три года Толстой прожил в казачьей станице на берегу Терека, выезжая в Кизляр, Тифлис, Владикавказ и участвуя в военных действиях (сначала добровольно, потом был принят на службу). Кавказская природа и патриархальная простота казачьей жизни, поразившая Толстого по контрасту с бытом дворянского круга и с мучительной рефлексией человека образованного общества, дали материал для автобиографической повести «Казаки» (1852–1863). Кавказские впечатления отразились и в рассказах «Набег» (1853), «Рубка леса» (1855), а также в поздней повести «Хаджи-Мурат» (1896–1904, опубликована в 1912). Вернувшись в Россию, Толстой записал в дневнике, что полюбил этот «край дикий, в котором так странно и поэтически соединяются две самые противоположные вещи – война и свобода». На Кавказе Толстой написал повесть «Детство» и отправил ее в журнал «Современник», не раскрыв своего имени (напечатана в 1852 под инициалами Л. Н.; вместе с позднейшими повестями «Отрочество», 1852–1854, и «Юность», 1855–1857, составила автобиографическую трилогию). Литературный дебют сразу принес Толстому настоящее признание.
В 1854 Толстой получил назначение в Дунайскую армию, в Бухарест. Скучная штабная жизнь вскоре заставила его перевестись в Крымскую армию, в осажденный Севастополь, где он командовал батареей на 4-м бастионе, проявив редкую личную храбрость (награжден орденом св. Анны и медалями). В Крыму Толстого захватили новые впечатления и литературные планы (собирался в т. ч. издавать журнал для солдат), здесь он начал писать цикл «севастопольских рассказов», вскоре напечатанных и имевших огромный успех (очерк «Севастополь в декабре месяце» прочитал даже Александр II). Первые произведения Толстого поразили литературных критиков смелостью психологического анализа и развернутой картиной «диалектики души» (Н. Г. Чернышевский). Некоторые замыслы, появившиеся в эти годы, позволяют угадывать в молодом артиллерийском офицере позднего Толстого-проповедника: он мечтал об «основании новой религии» – «религии Христа, но очищенной от веры и таинственности, религии практической».
В ноябре 1855 Толстой приехал в Петербург и сразу вошел в кружок «Современника» (Н. А. Некрасов, И. С. Тургенев, А. Н. Островский, И. А. Гончаров и др.), где его встретили как «великую надежду русской литературы» (Некрасов). Толстой принимал участие в обедах и чтениях, в учреждении Литературного фонда, оказался вовлеченным в споры и конфликты писателей, однако чувствовал себя чужим в этой среде, о чем подробно рассказал позднее в «Исповеди» (1879–1882): «Люди эти мне опротивели, и сам себе я опротивел». Осенью 1856 Толстой, выйдя в отставку, уехал в Ясную Поляну, а в начале 1857 – за границу. Он побывал во Франции, Италии, Швейцарии, Германии (швейцарские впечатления отражены в рассказе «Люцерн»), осенью вернулся в Москву, затем – в Ясную Поляну.
В 1859 Толстой открыл в деревне школу для крестьянских детей, помог устроить более 20 школ в окрестностях Ясной Поляны, и это занятие настолько увлекло Толстого, что в 1860 он вторично отправился за границу, чтобы знакомиться со школами Европы. Толстой много путешествовал, провел полтора месяца в Лондоне (где часто виделся с А. И. Герценом), был в Германии, Франции, Швейцарии, Бельгии, изучал популярные педагогические системы, в основном не удовлетворившие писателя. Собственные идеи Толстой изложил в специальных статьях, доказывая, что основой обучения должна быть «свобода учащегося» и отказ от насилия в преподавании. В 1862 издавал педагогический журнал «Ясная Поляна» с книжками для чтения в качестве приложения, ставшими в России такими же классическими образцами детской и народной литературы, как и составленные им в начале 1870-х гг. «Азбука» и «Новая Азбука». В 1862 в отсутствие Толстого в Ясной Поляне был проведен обыск (искали тайную типографию).
В сентябре 1862 Толстой женился на восемнадцатилетней дочери врача Софье Андреевне Берс и сразу после венчания увез жену из Москвы в Ясную Поляну, где полностью отдался семейной жизни и хозяйственным заботам. Однако уже с осени 1863 он захвачен новым литературным замыслом, который долгое время носил название «Тысяча восемьсот пятый год». Время создания романа было периодом душевного подъема, семейного счастья и спокойного уединенного труда. Толстой читал воспоминания и переписку людей александровской эпохи (в том числе материалы Толстых и Волконских), работал в архивах, изучал масонские рукописи, ездил на Бородинское поле, продвигаясь в работе медленно, через множество редакций (в копировании рукописей ему много помогала жена, опровергая тем самым шутки друзей, что она еще так молода, будто играет в куклы), и лишь в начале 1865 напечатал в «Русском вестнике» первую часть «Войны и мира». Роман читался взахлеб, вызвал множество откликов, поразив сочетанием широкого эпического полотна с тонким психологическим анализом, с живой картиной частной жизни, органично вписанной в историю. Горячие споры спровоцировали последующие части романа, в которых Толстой развивал фаталистическую философию истории. Прозвучали упреки в том, что писатель «передоверил» людям начала века интеллектуальные запросы своей эпохи: замысел романа об Отечественной войне действительно был ответом на проблемы, волновавшие русское пореформенное общество. Сам Толстой характеризовал свой замысел как попытку «писать историю народа» и считал невозможным определить его жанровую природу («не подойдет ни под какую форму, ни романа, ни повести, ни поэмы, ни истории»).
В 1870-е гг., живя по-прежнему в Ясной Поляне, продолжая учить крестьянских детей и развивать в печати свои педагогические взгляды, Толстой работал над романом о жизни современного ему общества, построив композицию на противопоставлении двух сюжетных линий: семейная драма Анны Карениной рисуется по контрасту с жизнью и домашней идиллией молодого помещика Константина Левина, близкого самому писателю и по образу жизни, и по убеждениям, и по психологическому рисунку. Начало работы совпало с увлечением прозой Пушкина: Толстой стремился к простоте слога, к внешней безоценочности тона, прокладывая себе дорогу к новому стилю 1880-х гг., в особенности к народным рассказам. Лишь тенденциозная критика интерпретировала роман как любовный. Смысл существования «образованного сословия» и глубокая правда мужицкой жизни – этот круг вопросов, близкий Левину и чуждый большинству даже симпатичных автору героев (включая Анну), прозвучал остро публицистично для многих современников, прежде всего для Ф. М. Достоевского, высоко оценившего «Анну Каренину» в «Дневнике писателя». «Мысль семейная» (главная в романе, по словам Толстого) переведена в социальное русло, беспощадные саморазоблачения Левина, его мысли о самоубийстве читаются как образная иллюстрация духовного кризиса, пережитого самим Толстым в 1880-е гг., но назревшего в ходе работы над романом.
Ход переворота, совершавшегося в сознании Толстого, нашел отражение в художественном творчестве, прежде всего в переживаниях героев, в том духовном прозрении, которое преломляет их жизнь. Эти герои занимают центральное место в повестях «Смерть Ивана Ильича» (1884–1886), «Крейцерова соната» (1887–1889, опубликована в России в 1891), «Отец Сергий» (1890–1898, опубликована в 1912), драме «Живой труп» (1900, не завершена, опубликована в 1911), в рассказе «После бала» (1903, опубликован в 1911). Исповедальная публицистика Толстого дает развернутое представление о его душевной драме: рисуя картины социального неравенства и праздности образованных слоев, Толстой в заостренной форме ставил перед собой и перед обществом вопросы смысла жизни и веры, подвергал критике все государственные институты, доходя до отрицания науки, искусства, суда, брака, достижений цивилизации. Новое миропонимание писателя отражено в «Исповеди» (опубликована в 1884 в Женеве, в 1906 в России), в статьях «О переписи в Москве» (1882), «Так что же нам делать?» (1882–1886, опубликована полностью в 1906), «О голоде» (1891, опубликована на английском языке в 1892, на русском – в 1954), «Что такое искусство?» (1897–1898), «Рабство нашего времени» (1900, полностью опубликована в России в 1917), «О Шекспире и драме» (1906), «Не могу молчать» (1908). Социальная декларация Толстого опирается на представление о христианстве как о нравственном учении, а этические идеи христианства осмыслены им в гуманистическом ключе как основа всемирного братства людей. Этот комплекс проблем предполагал анализ Евангелия и критические штудии богословских сочинений, которым посвящены религиозно-философские трактаты Толстого «Исследование догматического богословия» (1879–1880), «Соединение и перевод четырех Евангелий» (1880–1881), «В чем моя вера» (1884), «Царство Божие внутри вас» (1893). Бурной реакцией в обществе сопровождались высказываемые Толстым призывы к прямому и безотлагательному следованию христианским заповедям. В особенности широко обсуждалась его проповедь непротивления злу насилием, ставшая импульсом к созданию целого ряда художественных произведений – драмы «Власть тьмы, или Коготок увяз, всей птичке пропасть» (1887) и народных рассказов, написанных в намеренно упрощенной, «безыскусной» манере. Наряду с близкими по духу произведениями В. М. Гаршина, Н. С. Лескова и других писателей, эти рассказы выпускались издательством «Посредник», основанном В. Г. Чертковым по инициативе и при ближайшем участии Толстого, который определял задачу «Посредника» как «выражение в художественных образах учения Христа», «чтобы можно было прочесть эту книгу старику, женщине, ребенку и чтоб и тот, и другой заинтересовались, умилились и почувствовали бы себя добрее».
В рамках нового миропонимания и представлений о христианстве Толстой выступал против христианской догматики и критиковал сближение церкви с государством, что привело его к полному разобщению с православной церковью. В 1901 последовала реакция Синода: всемирно признанный писатель и проповедник был официально отлучен от церкви, что вызвало громадный общественный резонанс.
В 1889–1899 написан роман «Воскресение».
Последний роман Толстого воплотил весь спектр проблем, волновавших его в годы перелома. Главный герой, Дмитрий Нехлюдов, духовно близкий автору, проходит путь нравственного очищения, приводящий его к деятельному добру. Повествование построено на системе подчеркнуто оценочных противопоставлений, обнажающих неразумность общественного устройства (красота природы и лживость социального мира, правда мужицкого быта и фальшь, господствующая в жизни образованных слоев общества). Характерные черты позднего Толстого – откровенная, выдвинутая на первый план «тенденция» (в эти годы Толстой – сторонник нарочито тенденциозного, дидактического искусства), резкий критицизм, сатирическое начало – проявились в романе со всей наглядностью.
Годы перелома круто изменили личную биографию писателя, обернувшись разрывом с социальной средой и приведя к семейному разладу (провозглашенный Толстым отказ от владения частной собственностью вызывал резкое недовольство членов семьи, прежде всего жены). Пережитая Толстым личная драма нашла отражение в его дневниковых записях.
Поздней осенью 1910, ночью, тайно от семьи, 82-летний Толстой, сопровождаемый лишь личным врачом Д. П. Маковицким, покинул Ясную Поляну. Дорога оказалась для него непосильной: в пути Толстой заболел и вынужден был сойти с поезда на маленькой железнодорожной станции Астапово. Здесь, в доме начальника станции он провел последние семь дней своей жизни. За сообщениями о здоровье Толстого, который к этому времени приобрел уже мировую известность не только как писатель, но и как религиозный мыслитель, проповедник новой веры, следила вся Россия. Событием общероссийского масштаба стали похороны Толстого в Ясной Поляне.
Интересные факты:
В юности будущий гений русской литературы был довольно азартен. Однажды в карточной игре со своим соседом, помещиком Гороховым, Лев Толстой проиграл основное здание наследного имения – усадьбы Ясная Поляна. Сосед дом разобрал и увез к себе за 35 верст в качестве трофея. Стоит отметить, что это было не просто здание – именно здесь писатель родился и провел детские годы, именно об этом доме тепло вспоминал всю жизнь и даже хотел выкупить обратно, но по тем или иным причинам не сделал этого.
В детстве Толстой услышал от своего брата Николая легенду о «зеленой палочке» – стоило ее найти на краю оврага в Ясной Поляне, и не стало бы на земле войн и смертей. Эта детская игра сильно повлияла на личность Толстого. Идея о всеобщем счастье и любви прослеживается во всем творчестве писателя, философских работах и публикациях. На склоне лет Лев Николаевич просил похоронить его безо всяких почестей на краю оврага – там, где еще ребенком они с братом искали «зеленую палочку». Пожелание писателя было выполнено. Его могила находится глубоко в лесу, а из всех украшений здесь – только скромная ограда.
Роман Толстого «Война и мир» поначалу назывался «1805 год», затем «Все хорошо, что хорошо кончается» и «Три поры». Известно, что многих своих персонажей Толстой «списывал» с реально существовавших людей. Так, например, прототипами для Наташи Ростовой стали сестры Берс – Татьяна и Софья; они приходились писателю родственницами. По свидетельствам исследователей, роман переписывался 8 раз, а отдельные его эпизоды – более 25 раз. При этом сам автор относился к произведению скептически. В переписке с поэтом Афанасием Фетом писатель так отозвался о своей книге: «Как я счастлив... что писать дребедени многословной вроде "Войны" я больше никогда не стану».
В целом Лев Николаевич довольно скромно оценивал свои литературные успехи. Известен, например, такой случай: когда к писателю в Ясную Поляну приехали его поклонники и выразили благодарность за написание романов «Война и мир» и «Анна Каренина», Толстой ответил: «Это всё равно, что к Эдисону кто-нибудь пришёл и сказал бы: «Я очень уважаю вас за то, что вы хорошо танцуете мазурку. Я приписываю значение совсем другим своим книгам.
Цитаты:
Сила правительства держится на невежестве народа, и оно знает это и потому всегда будет бороться против просвещения. Пора нам понять это.
Каждый хочет изменить человечество, но никто не задумывается о том, как изменить себя.
Все приходит к тому, кто умеет ждать.
Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.
Сильные люди всегда просты.
Всякий пусть метет перед своей дверью. Если каждый будет делать так, вся улица будет чиста.
Всегда кажется, что нас любят за то, что мы так хороши. А не догадываемся, что любят нас оттого, что хороши те, кто нас любит.
Без любви жить легче. Но без нее нет смысла.
Владимир Набоков, войдя в аудиторию, чтобы объяснить американским студентам, что такое русская литература, распорядился поплотнее задернуть шторы. «Темно? – спросил он и, получив подтверждение, попросил включить один софит.
– Стало светло? – спросил он. – Это – Пушкин. Теперь включите второй.
Светлее? Это – Чехов. Теперь раздерните шторы.
В аудиторию ворвался солнечный свет. Это – Толстой!»